zaumom


Жизнь за умом глазами очевидцев

Пробужденные люди делятся своим опытом


Previous Entry Share Next Entry
Впечатления о последнем семинаре от Сергея Гордиенко
sms wrote in zaumom
Каждый раз как читаю благодарные отзывы о семинаре,  думаю о том, что я видимо был на каком-то другом семинаре. Впрочем понятно, что красота как и мрак в глазах смотрящего, но тем не менее ощущение, что я в каком-то другом параллельном мире, события вроде совпадают, люди те же, но все равно все по-другому. Возвращаясь с семинара встречаешь людей, которые «очень хотели, но не смогли», кто-то даже без кавычек хотел и без кавычек не смог (тут то точно без кавычек), так вот хочется этим людям сказать, что мол вы немного потеряли, и ничего особенного в этих семинарах нет, с одной маленькой оговоркой, если только ты не пробудился...
И если ты не пробудился, значит ты обосрался в очередной раз, упустил возможность и всё. По сути можно ничего не добавлять. 
Семинар глазами того, кто обосрался. 
Поезд, ищущие, в общем все могли бы быть хорошими и милыми людьми, но они все какие-то не абсолютно милые, и не абсолютно хорошие. Все едут и ждут чуда, которое будет впереди, как всегда впереди, но только не сейчас, ни в этом поезде, и ни в этом вагоне. И я отдаю себе отчет, что я ни лучше и не хуже, что я такой же как и все, псевдоищущий и чеготоненашедший. Даю захлестнуть себя всеобщей волной предстоящего семинара, хотя внутри как всегда что-то ноет, и чтобы не слышать как оно ноет, я слушаю как ноет Юра. А Юра ноет неподражаемо! Юра очень недоволен некоторыми ребятами, потому что они «дормоеды», и он так смачно изливает на них проклятия со свойственным ему юмором и украинским акцентом, что мне хочется заснять это на видео, но хитрожопый Юра каждый раз замолкает как только чувствует, что камера направлена в его сторону. Юркины ругательства для меня как небесная музыка, как бальзам на душу: они просты, циничны, с иронией и без злобы, колючие снаружи и мягкие внутри, как и сам Юра, интересно, он хоть кого-нибудь обманул?:)


Едим, играем в игру, хотя внутри тошно, но не играть еще хреновее, и я как обычно выбираю, не то…  Но игра смешная и простая, надо просто не заржать, называя свое имя, иначе к твоему имени добавляется какое-нибудь слово… В общем таким образом в ночи, среди тихого храпа, шорохов и стука колес периодически раздавалось «Я Асхат – дегенерат», потом секундная пауза, и ржач, сначала одного (следующего проигравшего и потом и всей нашей компании). При чем я наблюдал за Асхатом и мне казалось, что он вообще играть то и не хотел, он хотел спать, но просто ехал на том месте, где люди собрались поиграть, ну и решив пренебречь своими интересами играл без особого желания в эту игру, периодически с лицом стоика произнося злополучную фразу. Я смотрел на это всё, и в разрезе того, что среди нас половина были те, которые обрели «Бога, познали Дао, и стали бесконечным чистым существованием», а другая находилась в поиске вышеперечисленного, все происходящее мне казалось полным абсурдом, но ум пытался найти хоть какую-то толику смысла даже в этом. И тогда я решил, что сакральный смысл всего происходящего в том, чтобы вынести остатки мозга ищущим. То что Асхату пришлось говорить про себя было самое приличное из того, что приходилось говорить про себя остальным..., так как названия нам в основном придумывал Юра….
Ну вот так ехали, ехали, с тоскою в сердце и курицей на столах и приехали в Зеленодольск или Зеленый Дол -  тут кому как больше нравится. Пранаяма, Медитации, Сутры и Зеленодольск – вы оказывается совместимы. Мда… Ну Серега Бо ест огурцы с сахаром, почему бы в  Зеленодольск  не добавить немного этокого… 
Большой спортивный комплекс, в огромном спортивным зале сидит Дима Новиков Он же Дмитриан, он же Харьковский, и он же всех регистрирует и расселяет. Подхожу регистрируюсь, спрашиваю, мол где я буду с позволения сказать жить? Он говорит: «Ты будешь жить в «голубой комнате» . Пауза… Я говорю, «а там кто еще живет?»  Он: «еще 16 пацанов». Я на всякий случай спросил, нет ли другой, ну чтоб хотя бы цвета другого... На что мне был дан ответ, что эта очень хорошая комната, и чтобы я ее держался. Ну голубая, так голубая…  Вообще голубая тема не раз еще всплывала на семинаре…  Через какое-то время ко мне подошел все тот же Дима и попросил поменяться местами, таким образом мне достался номер на 6 человек и отдельная двуспальная кровать. Тех, кто жил в «голубой комнате» стали называть просто «голубыми»,  Ну например,  «где швабру взять?» «Да, возьми у голубых»…  Спросил у Димы, чо это он решил поменяться, оказывается ему сказал Миша, чтобы с голубыми жил он. Злорадствуя над Димой, ушел жить в другое место, тогда еще не знал, что мне была приготовлена свыше учесть похуже, чем просто жить с голубыми...  
Семинар как огромный паровоз стал потихоньку набирать обороты, решались технические вопросы, организационные моменты, люди обживались, притирались…
Из чего собственно состоит семинар. Тут я вас разочарую, ничего интересного, нового или сверхествественного нет. Подъем в 6 утра, начало программы в 7 и понеслась: асаны, медитации, асаны, медитации, асаны, медитации, ну и на десерт чарующие своей красотой голоса пандитов. Как же я люблю, как они поют! Хотя эту песню на непонятном мне языке сложно назвать песней, это вообще ни на что не похоже, даже не с чем сравнить, но могу сказать, что коты, которые по весне орут у меня под окном, раздражали меня меньше, чем эти волшебные звуки, которые к тому же лучше «слушать сердцем».
Единственной отдушиной на семинарах является обед. Впрочем вру, отдушины две – еще ужин. Отдушины, потому что во первых можно от души поесть, а во вторых, потому что повара готовят тоже от души, и чем дальше тем вкуснее, как будто соревнуясь в каком-то невидимом конкурсе поваров, где главный приз - всеми ожидаемое и никому невидимое «ПРОБУЖДЕНИЕ», а главный председатель жюри – я. Ох сколько бы призов я раздал. Уделису за Халаву я бы отдал отдельный приз моей зрительской симпатии. Ну очень вкусно… 
Впрочем Миша лишил меня возможности полноценно наслаждаться и этой единственной радостью (ах, да это блин не радость, это удовольствие, радость это когда отдаешь, а удовольствие, когда получаешь, но я устроен очень неправильно, я радуюсь когда ем, так что все-таки радость!) . Миша попросил (ну «Миша попросил», это все равно что приказ, просто чтоб не было недопонимания в эпизодах, которые будут описаны ниже), попросил, чтобы я поздравлял всех именинников на семинаре. Поэтому я и моя команда актеров из наших же ребят порой даже толком не успевали поесть, потому что поздравляли мы обычно либо в обед, либо в ужин, а потом надо было куда-то бежать, чтобы не выбиться из расписания. 
Ох уж это расписание.  Мои границы ума не очень четкие, так сказать размытые, было сказано мне, а расписание это такая штука, ну типо границ, за которые ну никак нельзя выходить, и они нам в помощь. «Границы ума» - сказали бы просто «тупой», но нет блин, придумали специальный термин. В общем наша палата старалась до определенного момента честно соблюдать эти границы, и ложились мы спать все как по команде до 22.00. Ложиться то мы, конечно, ложились, но каждую ночь как по команде после отбоя, под окна приезжала группа местных ребят попить пивка и потусоваться под любимую музыку. Причем ребята, такое ощущение, что застряли где-то в 90-х: разъезжали на девятках и слушали диско. Хит «Валера» я буду помнить еще долго. Первую неделю каждую ночь я лежал и мучился в сомнениях то ли это надо принять, то ли надо пойти на свой страх получить пиздюлей от местных и идти к ним и просить вырубить музон. Я выбирал второе и каждую ночь ходил на переговоры с метными. При чем первую неделю, мы просили музыку выключить, а уже ближе к концу семинара, когда даже установленные ворота при въезде на территорию комплекса, не помогали, наша палата вспомнила как-то произнесенную Мишину фразу «если пьянку нельзя остановить, то ее надо возглавить», вырванную из контекста, и посылала меня к местным просить поставить ту ил иную композицию, естественно «Валера» был на первом месте. Если никто не приезжал, то нам становилось как то не по себе, как будто Валера нас всех обманул и не исполнил на ночь свою колыбельную. Мы продолжали ложиться до 22.00, но примерно до часу ночи ржали как стадо коней. При чем повод каждый раз находился весьма неожиданный, а порой его и не было вовсе…
Я вообще очень спокойно отношусь к своим разного рода эзотерическим опытам, возможно от части от того, что у меня их никогда не было.  Ну не было ничо такого особенного, пару раз полетал в медитации, страхи, замадхи зацепило, да и то так мимолетом, рикошетом от соседа. Но был один эпизод, его и опытом правда назвать сложно. Как сказал недавно свежепробужденный Женя, «я давно разочаровался в себе как в личности», и я подписываюсь под каждым словом, добавляя разве что, как и в окружающих меня личностях тоже, но я конечно разочароваться то разочаровался,  но  я не знал, что все на столько плохо. На одной из медитации я увидел, что я из себя представляю, и мое открытие было на столько неприятное, что я прорыдал весь день. В общем описывать не буду, но могу сказать, что такое о себе мало, кто захочет узнать. 
Семинар в разгаре. Народ смотрю потихоньку начинает забывать о пробуждении: кто-то уже откровенно смотрит олимпиаду, хотя до этого смотрел только одним глазом, каждый раз проходя мимо телевизора вахтера, кто-то наслаждается природой Зеленодольска в приятной компании противоположного пола, кто-то самозабвенно драит и так уже вылизанный до блеска туалет, пробуды они вообще на своей волне: где-то в стороне налегают на манты и тусуются по ночам. Но в 20.00 все на встрече с Мишей, тут все очень серьезные, потому что вспоминают, что «пробуждение» - это самая серьезная штука в жизни и как кролики на удава смотрят на Мишу. И я смотрю. Мало того, еще задаю вопросы. Миша рассказывает свои истории, которые мы окрестили «сказками на ночь». Я эти истории знаю наизусть, и уже могу не то что сам рассказывать, а даже вижу, где Мишу можно было бы и поправить. Забавно было, когда Миша говорил, что двери открыты, но никто не идет, один паренек сорвался с матраса подбежал и сел рядом с ним. Вот думаю МО-ЛО-ДЕЦ, наш человек, либо хохол, либо еврей. В другой раз Миша рассказал историю про крестьянина, который услышав только имя Будды, бросив все пошел к нему через всю Индию, шел несколько лет, ел что попало, ночевал где придется, наконец пришел и на подходе к месту, где сидел Будда сорвал цветок, подарил Будде и пробудился в этот момент. На следующий день смотрю, самый прохаваный сгонял в магаз, купил цветок, положил на матрас. Потом и до остальных дошло, поэтому ближе к концу семинара Миша сидел весь в цветах, но увы… не помогло. 
Вообще соврал, у меня был еще один опыт. Лежу значит я как-то, слушаю то ли гандхарву, то ли мои любимые завывания пандитов, и под конец, поворачиваюсь на правый бок, а рядом Миша лежал, и тоже повернулся и прямо ко мне лицом. Лежим мы значит так, друг на друга сморим, Миша улыбается, ну и меня тоже скривило. И тут до меня доходит, что Миша никакой ни Гуру, а простой человек, просто ч-е-л-о-в-е-к, которому приходится ради нас балбесов разыгрывать тут такое шоу. А народ, с таким пафосом, с каким-то надрывом, подхалимством, шизотерикой и розовыми нюнями к нему лезет. Мне даже как-то стыдно стало… за них…   Да, не, на самом деле стыдно стало, что я такой тугодум. 
В общем, собрав во едино все свои опыты, и отрезюмировав, что я – гавно, Миша – классный парень, и жить надо не ради себя, я стал искать повод сделать что-то хорошее для Миши. Благо случай не заставил себя долго ждать. Подзывает меня как-то одна редкостная пробуда, и говорит, мол, тебя там Иланна искала, и Миша хотел… бла-бла..бла… Ну в общем прихожу я к Мише в номер, с мыслями, мол, наконец-то меня заметили, ща дадут ответственное задание, и я послужу на благо вселенной… и прочее. Когда я узнал, что эти пробужденные сволочи придумали и какова моя роль, контраст с моими мыслями был столь силен, что я испытал настоящий шок, любой другой пробудился бы на месте, но я крепкий парень. В общем Иланочка с классным парнем Мишей решили разыграть засранца Юру,  который должен был на следующий день уехать и жил один в палатке. К Юре должны были подослать по очереди женщин, якобы с намерением отдаться, одна должна была сидеть в палатке, другая признаваться в страсти снаружи, а третьим с красной розой в руках должен был идти я!!! Я!!!  Произойти это все должно было ночью, после отбоя. Паутина этого заговора против Юры плилась уже 2 дня, и я должен был стать последним стежком в этой паутине. Лучше б я просто жил в голубой комнате..., признаваться Юре, что я готов «припасть к его источнику» ради «пробуждения» даже в шутку – это был сильный ход. Скажу только сакральное «у меня не было выбора» и я согласился.
После отбоя тени стали сгущаться над палаткой Юры. Простите, уж сдавать, так всех с потрохами – сначала в палатку нырнула Наля, ее задача была не выпускать Юру из палатки. Наля попросила Юру растолковать для нее некоторые моменты связанные с «пробуждением», и Юра, приняв Налин порыв за чистую монету, видя, что человек спать не может, так сильно в нем желание найти себя, вооружившись своим красноречием, принялся разъяснять Нале, что есть абсолют. 
Следом шла Айгуль, якобы неподозревавшая того, что у Юры уже кто-то есть. Она шептала Юре слова любви снаружи палатки, пока Наля была внутри.. Ахриневший от такой популярности Юра спровадил Айгуль, и тут с красной розой в руках шел я, а за мной попятам шел Миша. Надо сказать, мы шли еле сдерживаясь от смеха. Подойдя к палатке, я тихонько позвал Юру. Перепуганный голос спросил что-то типо «б…кто еще здесь?!» Я сказал, мол это я. Юра: «тебе еще чего?!» Ну тут я сыграл слезы, и сказал, что я пришел к нему на свой самый большой страх. Он, через  очень большую паузу: «не понял, ты чо хочешь…?». Ну я сказал, что мол так и так, пришел отдать честь свою. Тут Юрка как заорет «Гордиенко, иди на хуй, иди на хуй!!!». В этот момент по нашему сценарию, Миша должен был растигнуть Юркину палатку, и просунуть туда розу, держа ее своей большой волосатой рукой. Но Миша чо-то тормозит, оборачиваюсь, смотрю под деревом стоит Миша согнувшись пополам и просто рыдает от смеха, я тоже заржал, но сам себе заткнул рот и уполз ржать в кусты. Юра видимо решил, что я бьюсь в слезах и истерике. В этот момент Миша пришел в себя, и полез к Юре в палатку с розой в руке. Юра же со словами «вот наглый пидарас» держал застежку палатки, чтобы та не открылась.  От маразма всего происходящего я ржал так, что у меня свело живот, я не помню, когда я еще так смеялся. Наконец, палатку взломали и Миша Юре вручил розу, со словами «дорогой ты наш, мы тебя очень любим».  В прошлом году я видел в Наргизе Надю после пробуждения, так вот даже ее офигевшие глаза в тот момент были меньше чем Юрины. К тому же он, был абсолютно голый, и смущенно кутался в спальник, а вокруг него стояла толпа человек десять и безудержно ржала. Бедный Юра, мы его отпаивали чаем у Миши в номере до часу ночи. Тогда сидя на диванчике, когда мы снова и снова на разный лад выслушивали впечатления всех по очереди ребят, участвовавших в розыгрыше, я сидел и думал, о том, как все-таки может быть прекрасна, непредсказуема, полна маразма жизнь, и пусть она такой и остается, если бы только убрать эту маленькую занозу, червоточину из своего нутра…
В детстве я часто ездил в пионерские лагеря, так вот все происходившее очень мне напоминало пионерский лагерь. Под конец, у нас был костер, и песни у костра под гитару, и кто-то влюбляется, кто-то признается в любви, после одного из сатсанга, ко мне подошел Куликов и говорит, Гордиенко, тебя когда-нибудь побьют ищущие, я говорю: «занимай очередь»,  к тому моменту, я уже три раза чуть не подрался, два раза били меня, один раз я. Потому что многих трясет, и вообще все эти практики мало доставляют удовольствия, приятного в них мало, духовности нет и в помине, то смех, то слезы. 
Потом было событие, которое войдет в историю как сатсанг непробужденных. Ребят зацепило. Помню мы с Костиком после сатсанга  стояли в душе и говорили о вере в себя, что надо просто поверить, что ты можешь, и тогда все станет возможным, как если бы завтра сюда приехал танк или вертолет, если ты этого захочешь, как в детстве.
     И он прилетел. Маленький белый вертолетик из которого вышел волшебник с детским колпаком из фольги на башке и коробкой эскимо в руках. Ко мне подошел Димка Куликов, обнял и заплакал, и я заплакал.
Потом был снова поезд. И снова яйца на столах (куриные Юра, куриные!) и что-то ноюще-блеющее в нутре. Всем, как обычно, все понравилось, ждущие по прежнему ждут, ищущие по-прежнему ищут, а точнее извергают что-то пафосное, хвалебное, и приторно-сладкое, настоящая только тюбетейка на Женькиной голове вместо короны, а я как раз читаю Бабеля, рассказ про Одесского Бандита, по кличке Король, лихого и отважного. И я смотрю на Женьку и думаю, вот он Король, а я опять обосрался. Становится противно от самого себя, и я ухожу в купе к той самой редкостной пробуде. Там Близнецов поет что-то на санскрите, и от этого почему-то не тошно, а наоборот, хочется сказать, «маестро давай исчо», а Женька Трубецкой читает начало Мишиной книги, я смотрю на часах начало девятого, и понимаю, что я снова на сатсанге у Миши.  



?

Log in